Расширение понятия угрозы
Заметьте, что сравнение «большего вреда» в этом случае относится не к тому, чей ущерб от угрозы Строки будет больше — Строки или Столбца, а к тому, понесет ли Строка от исполнения своей угрозы больший ущерб, чем понесет Столбец, если он, уже выдвинул свою угрозу. Действительно, в условиях данной конкретной платежной матрицы, успешная угроза Строки есть та, которая при выполнении нанесет ей больший ущерб, чем Столбцу, в то время как потенциально неуспешная угроза Столбца нанесет ему при исполнении ущерб меньший, чем Строке.
Другое расширение понятия угрозы должно изменить наше предположение о рациональности. Предположим, что для игрока R имеется некая возможность Рг, а для игрока С некая возможность Рс того, что он совершит ошибку или сделает иррациональный ход, или что он будет действовать непредвиденным способом, потому что другой игрок неверно оценил выигрыши первого игрока10. Это приводит нас к игре, в которой возможные выгоды и потери игрока, вызванные обязательством угрозы, должны учитывать возможность того, что полностью обеспеченная безотзывным обязательством угроза не будет принята во внимание. Тогда если потенциальная потеря, которая возникает из необходимости выполнить угрозу, для одного игрока больше, чем для другого, то могут возникать симметричные обстоятельства (т.е. когда для обоих игроков равны и вероятности Р, и штрафы за неисполнение угрозы), в которых один игрок может найти выгодным угрожать другому, а этот другой — не угрожать, принимая во внимание возможность ошибки. (Могут потребоваться подобные же расчеты, если оба игрока имеют возможности угрожать и существует опасность одновременного принятия обязательств из-за того, что один из них не заметит принятие другим обязательств и поэтому не сможет вовремя остановиться, чтобы спасти обоих.)
Эта модификация понятия угрозы — точнее, постулата рациональности, который лежит в ее основе — некоторым образом направляет нас в сторону критерия «большего ущерба». Тем не менее в целом теория игр добавляет понимания стратегии торга, когда подчеркивает поразительную истину, состоящую в том, что угроза не зависит от того, пострадает ли угрожающий меньше, чем угрожаемая сторона в случае исполнения угрозы, чем когда преувеличивает ту возможную истину, которая содержится в первом интуитивном впечатлении. Угроза войны, ценовой войны или иска о возмещении ущерба, угроза «устроить сцену», большинство угроз организованного сообщества преследовать за преступления и проступки, а также понятия вымогательства и сдерживания в целом невозможно понять без отказа от критерия, основанного на сравнении полезностей. В ситуации угрозы, как между двумя игроками, безусловно, присутствует асимметрия, а это делает угрозу плодотворным объектом изучения. Но существенные асимметрии включают асимметрии в коммуникационной системы, в принуждении к исполнению угроз и обещаний, в скорости принятия обязательства, в рациональности ожидаемой реакции и, наконец, для некоторых случаев в критерии сравнительного ущерба.