Угрозы и ответы на угрозы

Угрозы и ответы на угрозы, репрессалии и контррепрессалии, ограниченная война, гонка вооружений, балансирование на грани войны, внезапное нападение, доверие и обман — все это может восприниматься как импульсивные или как хладнокровные действия. Предполагая в ходе разработки теории, что эти действия продуманы, мы не утверждаем, что они таковы наделе. Скорее утверждается, что при создании систематической теории предположение о рациональном поведении будет продуктивным. Если поведение было бы действительно продуманным, было бы проще разработать обоснованную и релевантную теорию. Рассматривая теоретические построения лишь как исходный пункт для того, чтобы в дальнейшем приблизиться к действительности, а не как полностью адекватную теорию, мы должны суметь защититься от худших результатов тен -денциозного теоретизирования.
Кроме того, теория, основанная на предположении, что участники взвешенно и «рационально» рассчитывают собственные выгоды в согласии с внутренне согласованной системой ценностей, заставляет задуматься о значении «иррациональности». Лица, принимающие решения, непросто распределены по линейной шкале, на одном конце которой абсолютная рациональность, а на другом — полная иррациональность. Рациональность есть набор признаков, и отклонение от полной рациональности может происходить по различным направлениям. Иррациональность может подразумевать неупорядоченную и противоречивую систему ценностей, плохой расчет, неспособность получить сообщение или неспособность к эффективному общению; она может подразумевать случайные и бессистемные влияния в выработке решений и их трансляции, а порой иррациональность отражает коллективный характер решения группой лиц, чьи системы ценностей не совпадают и чьи организационные решения и системы коммуникации не позволяют им действовать как единый субъект.